Кликните, чтобы не дожидаться завершения операции
[ закрыть ]

Хантер С. Томпсон

Hunter S. Thompson
Хантер С. Томпсон
Профессии: Сценарист, Актёр, Играл себя
Пол: Мужской
Брак: Anita Thompson (00.00.2003), Sondi Wright (00.00.1963) (детей: 1)
Рост: 183
Родился: 18 июля 1937, Рак (83 лет назад)
Умер:: 20 февраля 2005 (67 лет)
Первый фильм: 1980
Последний фильм: 2011
Поделиться: Добавить в Facebook В Twitter МойМир@Mail.ru

Фильмы


Фото

Фото Хантер С. Томпсон Фото Хантер С. Томпсон Фото Хантер С. Томпсон

Новости

23.11.2020 21:09

Безумный классик. Терри Гиллиаму — 80!

В Голливуде его называют Капитан хаос. Сам он именует себя кинодокументалистом, «наскребающим кино из всего, что видит вокруг». Миры, в которых живут персонажи его картин, могут казаться плодом больного воображения или подлиннейшим отображением реальности, жестокой и абсурдной. Терренс Вэнс Гиллиам — он такой один. Анархист, сюрреалист, эскапист и король выпускного бала в самом широком смысле слова. Единственный американец из легендарной британской комик-группы «Монти Пайтон», получивший всемирное признание в индустрии кинематографа и ставший автором таких культовых фильмов, как «Страх и ненависть в Лас-Вегасе» и «Бразилия».

Широкоугольная съемка, искаженная перспектива, сочетание несочетаемого и размытая граница между реальностью и воображением: эти приемы, по словам Гиллиама, как нельзя лучше передают его собственное видение. Визуальный стиль тревожных, неустойчивых, будто бы расплывающихся у зрителей на глазах миров, которые Гиллиам создает на экранах, давно уже стал визитной карточкой режиссера, а линзы с экстремально маленьким фокусным расстоянием получили в кругу кинематографистов название «гиллиамовские».
Читать полностью
Рубрика: Юбилей
Теги: любопытно, персона
Поделиться:

08.11.2017 14:13

Солнечное «Проклятие» для Стива Пинка

Еще в начале 80-х годов прошлого столетия свет увидел роман под названием «Проклятие Гавайев», вышедший из-под пера Хантера С. Томпсона. Как сообщает Deadline, на днях Стив ПинкМашина времени в джакузи») подписал контракт с Rhino Films на съемки адаптации произведения.

Томпсон в свое время положил начало гонзо-журналистике, ставящей абсолютный субъективизм в повествовании во главу стола. Его произведения — это не беспристрастные наблюдения со стороны, а непосредственное участие в самой гуще событий. Так было с «Ромовым дневником» или «Гонзо: Страх и ненависть Хантера Томпсона», к которым журналист лично писал сценарии.
Читать полностью
Поделиться:

22.11.2015 18:10

Капитан Хаос и «гиллиамески»

Пожалуй, из всех современных режиссеров сложно выделить хотя бы одного настолько же культового, как старина Терри Гиллиам, которого с одинаковой силой обожали бы зрители и прессовали бы продюсеры. На счету этого англичанина американского происхождения — самые рискованные, дерзкие и вызывающие проекты, ни один из которых не имел безоговорочного успеха сразу по выходу на экраны. Каждый выпущенный хулиганом Терри фильм так или иначе встречал возражения, будь то мрачная антиутопия, выносящая приговор обществу потребления («Бразилия»), или гротескная притча о современной Алисе, необъяснимым образом занесенной на территорию хичкоковского «Психо» («Страна приливов»).

Этот интеллектуальный маргинал, в чьей голове роятся миллионы образов, рождаются фантастические типажи и возводятся целые города, то и дело принимает на себя роль самого болезненного нарыва Голливуда. И хотя ему поклоняются синефилы со всего мира, Гиллиам периодически становится мишенью для критиков и студийных боссов. Их раздражает его наплевательство на общественные запреты и безудержная фантазия, плоды которой иногда оказываются настолько уродливыми, что могут существовать лишь на грани фола. После выхода на экраны «Страха и ненависти в Лас-Вегасе» профессиональная тусовка вообще задалась целью раз и навсегда потопить выскочку, который производит на свет «фальшивку, выданную за авторское кино».
Читать полностью
Поделиться:

Средний рейтинг: 7.04

Все | Актёр | Сценарист

Фильмография

Сортировка по: Году :: Рейтингу :: Количеству голосов
Сценарист [ скрыть ]


Ромовый дневник
Ромовый дневник (2011)

The Rum Diary (6.20)

Гонзо: Страх и ненависть Хантера Томпсона
Гонзо: Страх и ненависть Хантера Томпсона (2008)

Gonzo: The Life and Work of Dr. Hunter S. Thompson (7.70)

Страх и ненависть в Лас-Вегасе
Страх и ненависть в Лас-Вегасе (1998)

Fear and Loathing in Las Vegas (7.70)


Там, где бродит бизон
Там, где бродит бизон (1980)

Where the Buffalo Roam (6.40)

Актёр [ скрыть ]


Страх и ненависть в Лас-Вегасе
Страх и ненависть в Лас-Вегасе (1998)

Fear and Loathing in Las Vegas (7.70)
Other Duke in Matrix Flashback (в титрах отсутствует)

Restaurant Piano Player (2 episodes, 1996)

Играл себя [ скрыть ]


For No Good Reason
For No Good Reason (2012)
(0.00)
Себя

Гонзо: Страх и ненависть Хантера Томпсона
Гонзо: Страх и ненависть Хантера Томпсона (2008)

Gonzo: The Life and Work of Dr. Hunter S. Thompson (7.70)
Себя (хроника)

Free Lisl!
Free Lisl! (2007)
(0.00)
Himself (хроника)

Купи билет - и в дорогу!
Купи билет - и в дорогу! (2006)

Buy the Ticket, Take the Ride: Hunter S. Thompson on Film (6.90)
Себя (хроника)

Road to Hunter
Road to Hunter (2006)
(4.60)
Himself (хроника)


Фак
Фак (2005)

Fuck (7.20)
Себя

Завтрак с Хантером
Завтрак с Хантером (2003)

Breakfast with Hunter (7.50)
Себя (хроника)

Hunter Goes to Hollywood
Hunter Goes to Hollywood (2003)
(6.40)
Himself

Tripping
Tripping (1999)
(0.00)
Himself

Гимн
Гимн (1997)

Anthem (5.30)
Himself

Себя (2 episodes, 2003)

Премьеры
18.03
Исход
Exodus
25.03
Тост
Le discours
все премьеры

Топ 250
102
Шестое чувство
The Sixth Sense (8.20)
103
Старикам тут не место
No Country for Old Men (8.20)
104
Большой Лебовски
The Big Lebowski (8.20)
105
Умница Уилл Хантинг
Good Will Hunting (8.20)
106
Карты, деньги, два ствола
Lock, Stock and Two Smoking Barrels (8.20)
107
В диких условиях
Into the Wild (8.20)
108
Убить Билла
Kill Bill: Vol. 1 (8.20)
109
Донни Дарко
Donnie Darko (8.20)
110
Казино
Casino (8.20)
111
Унесенные ветром
Gone with the Wind (8.20)
весь топ
23.11.2020
Безумный классик. Терри Гиллиаму — 80!

В Голливуде его называют Капитан хаос. Сам он именует себя кинодокументалистом, «наскребающим кино из всего, что видит вокруг». Миры, в которых живут персонажи его картин, могут казаться плодом больного воображения или подлиннейшим отображением реальности, жестокой и абсурдной. Терренс Вэнс Гиллиам — он такой один. Анархист, сюрреалист, эскапист и король выпускного бала в самом широком смысле слова. Единственный американец из легендарной британской комик-группы «Монти Пайтон», получивший всемирное признание в индустрии кинематографа и ставший автором таких культовых фильмов, как «Страх и ненависть в Лас-Вегасе» и «Бразилия». Широкоугольная съемка, искаженная перспектива, сочетание несочетаемого и размытая граница между реальностью и воображением: эти приемы, по словам Гиллиама, как нельзя лучше передают его собственное видение. Визуальный стиль тревожных, неустойчивых, будто бы расплывающихся у зрителей на глазах миров, которые Гиллиам создает на экранах, давно уже стал визитной карточкой режиссера, а линзы с экстремально маленьким фокусным расстоянием получили в кругу кинематографистов название «гиллиамовские». Только Гиллиаму было под силу экранизировать один из самых знаменитых романов основателя гонзо-журналистики Хантера Томпсона. И только такой экстраординарный творец, как Гиллиам, мог потратить 29 лет своей жизни в попытках снять ленту о безумном, наивном и великодушном странствующем рыцаре Дон Кихоте. Все знают его как талантливого режиссера. Сегодня, в день 80-летия постановщика, предлагаем вам поближе познакомиться и с личностью легенды мирового кино через очаровательные, смешные, трогательные, а порой и откровенно дурацкие истории, которыми наполнена долгая и успешная карьера Терри Гиллиама. Был важной шишкой в школе Гиллиам родился и вырос в США: детские годы режиссер провел в штате Миннесота, а в 12 лет вместе с родителями перебрался в Лос-Анджелес. Именно в городе ангелов будущий режиссер-визионер начал проявлять свою уникальную предрасположенность к успеху. Гиллиам был круглым отличником и самым популярным мальчиком Бирмингемской старшей школы. Это о многом говорит, с учетом того, что среди выпускников этого учебного заведения числится большое количество певцов, актеров и даже первая американка, побывавшая в космосе. Несмотря на то что ученики Бирмингем Хай были настолько блистательными, что сияли ярче звезд, Гиллиам умудрился выделиться на фоне остальных и стать не только старостой класса, но и королем выпускного бала. Придавил Шелли Дювалл Приключенческое фэнтези «Бандиты во времени» — первая самостоятельная картина Гиллиама, которую можно назвать настоящим хитом. Однако «Бандиты» знаменательны не только по этой причине: исполнительница одной из главных ролей Шелли Дювалл снялась в фантастической комедии о предприимчивых карликах сразу же после работы над «Сиянием», серьезно травмировавшем ее психику. После кубриковского кошмара Дювалл наверняка не ожидала, что и на площадке «Бандитов во времени» ее поджидают угрозы здоровью. В одной из сцен герои должны были прыгнуть с возвышения и приземлиться рядом с Дювалл и Майклом Пэйлином. Гиллиам настаивал на соблюдении правил безопасности и требовал, чтобы актеры тщательно прицеливались перед прыжком. Желая лично продемонстрировать правильную технику, режиссер забрался повыше, прыгнул и… упал прямо на Дювалл. Смешно было всем, кроме бедной актрисы: «После этого я могла остаться парализованной. Все обошлось головной болью, которая проходит через уши и отдает в глаз». Оставил с носом гитариста «Битлз» В конце 70-х у Гиллиама возникли трудности с финансированием. Вкладываться в производство картины о путешествующих во времени воришках с маленьким ребенком и толпой карликов в главных ролях — рискованная затея. К тому же сам Гиллиам, начавший карьеру в Великобритании, в то время еще не успел покорить Голливуд своими экстравагантными идеями. На помощь пришел Джордж Харрисон, соло-гитарист «Битлз», руководивший собственной киностудией HandMade Films. Однако даже у Харрисона не нашлось лишних $5 миллионов в кармане, поэтому музыканту пришлось заложить офисы своей компании, чтобы вложиться в создание «Бандитов во времени». Вежливость, неотъемлемая черта британского характера, требовала от Гиллиама хоть какого-нибудь символического «спасибо». Харрисон решил, что постановщик в долгу не останется и использует его песни в своем фильме. Специально для этого музыкант даже написал несколько новых композиций, а один из продюсеров уверил битла, что его песни станут идеальным саундтреком «Бандитов». Однако у Гиллиама на этот счет было другое мнение: после пререканий с музыкантом режиссер согласился использовать только одну из мелодий Харрисона, причем звучала она не в кульминационный момент фильма, а во время заключительных титров. По ошибке был объявлен умершим В сентябре 2015 года ресурс Variety, святая святых голливудских новостей, объявил о смерти постановщика-бунтаря. «Терри Гиллиам, режиссер, единственный американец из группы "Монти Пайтон" и обладатель номинации на премию "Оскар", скончался. Его фильмы вызывали бурную реакцию. Некоторые из работ Гиллиама были признаны классикой, однако и в них было достаточно минусов, чтобы вызвать ненависть у той части аудитории, которая не воспринимает анархичную непристойность его комедий», — гласила статья. Гиллиам не мог не подшутить над допущенной сотрудниками сайта оплошностью. В соцсети режиссер извинился перед фанатами, которые собрались посетить его предстоящее выступление: «Мне очень жаль, что я умер. Я знаю, что вы купили билеты, но видите-ли, в Variety сказали, что я мертв, ничего не поделать». Саботировал планы студии Universal Во время съемок «Бразилии» Гиллиама пригласили провести лекцию по кинематографу. Режиссер с радостью согласился и решил продемонстрировать студентам визуально-звуковой ряд, который на деле оказался полноценным фильмом, еще не вышедшим в прокат. Конечно, зануд из Universal такой расклад не устроил, но постановщику удалось договориться с продюсерами. Боссы студии настояли на присутствии своих представителей на лекции, а Гиллиаму разрешили показать небольшой отрезок антиутопической драмы. Не составит труда догадаться, что было дальше: бунтарь из «Монти Пайтон» наплевал на все запреты и показал ленту целиком. Однако Гиллиамом руководила не только его мятежная натура — постановщик провернул хитроумный гамбит. Правление Universal считало финал «Бразилии» слишком пессимистичным и настаивало на классическом голливудском хэппи-энде, а создатель научно-фантастической ленты боролся с представителями киностудии за право показать зрителям оригинальную концовку. После теплого приема на лекции Гиллиам начал нелегально показывать фильм по всему городу, и Ассоциация кинокритиков Лос-Анджелеса, попавшая на очередной сеанс, даже наградила «Бразилию» званием картины года. Неуемность Гиллиама и давление профессионального сообщества дали свои плоды: выпущенная в 1985 году версия «Бразилии» была смонтирована под строгим контролем Гиллиама. Увлекался партизанским маркетингом Конфликт Гиллиама с Голливудом — дело известное. Режиссер не боится снимать неприлично, возмутительно и для некоторых даже невыносимо. «Стране приливов», одному из самых радикальных и тонких фильмов режиссера, в этом плане сильно не повезло. За производство драмы не взялась ни одна крупная компания. Студийных боссов невозможно обвинить в чрезмерной предвзятости: довольно трудно решиться взять под свое крыло картину, в которой маленькая девочка отдыхает в кровати с трупом. Когда Гиллиам понял, что его проект не станут рекламировать, он принялся за дело сам. Однажды культовый режиссер объявился на оживленной улице Нью-Йорка у студии, в которой снимается популярная телепрограмма «Ежедневное шоу». Гиллиам держал в руках большой кусок картона с надписью «Бесстудийный киношник, семья на содержании, режиссирую за еду». К сожалению, метод оказался не самым действенным: при бюджете в $20 миллионов «Страна приливов» собрала в Америке чуть больше полумиллиона долларов. Написал последнюю роль Хита Леджера В конце 00-х Гиллиам начал работу над фильмом с громким и многообещающим названием «Воображариум доктора Парнаса». Исполнитель главной роли выкладывался по полной, стараясь, чтобы картина получилось по-настоящему особенной. Этим человеком был Хит Леджер, который трагически скончался в 2008 году. Доиграть за него роль Тони вызвались сразу три замечательных актера — Джонни Депп, Джуд Лоу и Колин Фаррелл, которые пожертвовали весь гонорар дочери Леджера. Но проклятие «Воображариума» даже и не думало отступать. Спустя пару дней после того, как съемки были завершены, от рака умер продюсер ленты Уильям Винс. Когда же «Воображариум доктора Парнаса» отправился на стадию постпродакшена, Гиллиама сбила машина, сломав ему спину. На площадке «Воображариума» произошло и нечто сверхъестественное. Последняя фраза, которую Хит Леджер сказал на камеру — «не стреляйте в гонца» — была импровизацией актера. Когда съемки возобновились, после отснятого дубля Депп, не знавший этих подробностей, спросил у Гиллиама, можно ли ему отойти от сценария и сказать фразу, которая в точности повторяла импровизацию Леджера. Отобрал сигареты у Брэда Питта Даже такому таланту, как Брэд Питт, нелегко далась роль безумного защитника животных в научно-фантастическом триллере «Двенадцать обезьян». Чтобы добиться аутентичности и достоверности, Гиллиам отправил актера к тренеру по голосу. Но и с помощью специалиста Питт не смог добавить в речь необходимый уровень маниакальности и дерганности. Тогда режиссер решил, как всегда, взять все в свои руки и спрятал от актера его сигареты. План сработал, только вот до сих пор неизвестно, сыграли ли ключевую роль симптомы отказа от никотина, или же у Питта появилась дополнительная мотивация поскорее закончить со съемками, чтобы отправиться на долгожданный перекур. Терри Гиллиам — единственный американец в команде британского летающего цирка, хулиган, завзятый визионер и большой шутник — склеивает подлинность с выдумкой и сказку с наркотическим бредом, сооружает захватывающие дух антиутопии и мастерит волшебство из подручных средств. Его фильмы — это торжество воображения, которого эксцентричному режиссеру не занимать. «Не знаю, кто придумал термин "магический реализм", но он мне нравится. Он говорит о расширении видения мира. Ведь мы живем в эпоху, когда в нас вколачивают мысль, что мир такой и никакой другой. С телеэкрана, отовсюду нам твердят: "Вот он какой". Но мир — это миллион возможностей». Уверены, что такой великий фантазер и упрямец, как Гиллиам, уж точно эти возможности не упустит.... подробнее
08.11.2017
Солнечное «Проклятие» для Стива Пинка

Еще в начале 80-х годов прошлого столетия свет увидел роман под названием «Проклятие Гавайев», вышедший из-под пера Хантера С. Томпсона. Как сообщает Deadline, на днях Стив ПинкМашина времени в джакузи») подписал контракт с Rhino Films на съемки адаптации произведения. Томпсон в свое время положил начало гонзо-журналистике, ставящей абсолютный субъективизм в повествовании во главу стола. Его произведения — это не беспристрастные наблюдения со стороны, а непосредственное участие в самой гуще событий. Так было с «Ромовым дневником» или «Гонзо: Страх и ненависть Хантера Томпсона», к которым журналист лично писал сценарии. В «Проклятии» речь идет о деловой поездке на Гавайи для освещения ежегодного марафона, после которого все должно было плавно перерасти в рождественские посиделки в кругу близких. Томпсон на островах — заядлый алкоголик и наркоман, ввязавшийся в небывалую авантюру, включающую опасный выход в море на катере. Так история превращается в многодневную борьбу с проливным дождем и волнами. Работа над сценарием в этот раз легла на плечи Джей Ди Розена, а финансовой частью занялись Рекс Глэнси и Мэтт Бронсон. Съемки экранизации намечены на следующий год.... подробнее
22.11.2015
Капитан Хаос и «гиллиамески»

Пожалуй, из всех современных режиссеров сложно выделить хотя бы одного настолько же культового, как старина Терри Гиллиам, которого с одинаковой силой обожали бы зрители и прессовали бы продюсеры. На счету этого англичанина американского происхождения — самые рискованные, дерзкие и вызывающие проекты, ни один из которых не имел безоговорочного успеха сразу по выходу на экраны. Каждый выпущенный хулиганом Терри фильм так или иначе встречал возражения, будь то мрачная антиутопия, выносящая приговор обществу потребления («Бразилия»), или гротескная притча о современной Алисе, необъяснимым образом занесенной на территорию хичкоковского «Психо» («Страна приливов»). Этот интеллектуальный маргинал, в чьей голове роятся миллионы образов, рождаются фантастические типажи и возводятся целые города, то и дело принимает на себя роль самого болезненного нарыва Голливуда. И хотя ему поклоняются синефилы со всего мира, Гиллиам периодически становится мишенью для критиков и студийных боссов. Их раздражает его наплевательство на общественные запреты и безудержная фантазия, плоды которой иногда оказываются настолько уродливыми, что могут существовать лишь на грани фола. После выхода на экраны «Страха и ненависти в Лас-Вегасе» профессиональная тусовка вообще задалась целью раз и навсегда потопить выскочку, который производит на свет «фальшивку, выданную за авторское кино». Соревнуясь в остроумии, критиканы доказывали, что увлеченность Гиллиама стилистикой выявляет в нем недостаток драматургического таланта, а его капризы и несговорчивость — лишь последствия скудности мышления. И это, возможно, сошло бы им с рук, если бы фильмы Терри не вызывали таких сильных эмоций, каких не дождешься от современного кинопродукта. Продюсеры, в свою очередь, боятся этого опасного, неконтролируемого режиссера с идеями, которые, согласно их маркетинговым схемам, плохо продаются. Так Капитан Хаос вечно оказывается чужим среди своих. По степени раскрутки его картин, привлечения к съемкам топовых актеров и вниманию прессы он определенно считается постановщиком высшей категории. При этом, будучи все-таки более мейнстримовым, нежели артхаусным, Терри зачастую остается в меньшинстве. Гиллиама ценят в профессиональной среде. Киношные «технари» — операторы, дизайнеры, художники — почитают за честь поработать со смелым выдумщиком. Перед ним благоговеют и актеры: уже прославленные Брюс Уиллис и Брэд Питт в свое время готовы были потакать любой прихоти визионера, лишь бы пройти кастинг в «Двенадцать обезьян». Однако Терри по сей день — самый феерический неудачник на Фабрике грез. Еще в юности испытав нежелание состыковываться с абсурдной американской бизнес-стратегией, Гиллиам переехал в Британию. Молодой парень родом из Миннеаполиса, «самого скучного места на Земле», к этому времени успел поработать в относительно свободных от официальщины лос-анджелесских журналах Help! и Mad. Там он был человеком-оркестром, хотя большинство знакомых считали трудягу легкомысленным бездельником. Не желающий никому ничего доказывать Гиллиам работал сутками напролет. Способности к рисованию у дипломированного политолога позже вылились в страсть к анимации. Вообще, воображению Терри всегда завидовали даже самые мощные художники — оно у будущего режиссера раскочегарилось с детства, в котором не было даже телевизора, не говоря о походах в кино. К фильмам Акиры Куросавы, Федерико Феллини, Сергея Эйзенштейна и, конечно, Стэнли Кубрика он пристрастился уже в студенчестве, хотя по сей день больше вдохновляется мальчишескими впечатлениями (например, собственными фокусами). Свобода мышления и способность к соображению пригодились американцу, когда он начал работать в Лондоне, который в конце 60-х считался богемной столицей мира. Почти сразу после прибытия он познакомился с будущими «пайтонами» — прародителями британского телевизионного юмора. Роль Гиллиама в процессе создания комедийного проекта «Монти Пайтон: Летающий цирк» (Monty Python's Flying Circus), казалось, сводилась к минимуму — в основном он рисовал сюрреалистические анимационные вставки, созданные в духе поп-абсурдизма. Порой даже члены комик-группы не могли дать однозначной трактовки этим мультяшным связкам. Пока Джон Клиз, Эрик Айдл, Терри Джоунс, Майкл Пэйлин и Грэхам Чэпмен собирались вместе, чтобы обсудить будущие скетчи, Гиллиам был предоставлен самому себе. Но отщепенец тратил свободное от мозговых штурмов время с пользой — под шумок стал продвигать идею собственного полнометражного фильма под брендом «Монти Пайтон». К проекту о поисках королем Артуром и его рыцарями священного Грааля охотно присоединились остальные члены группы, а Терри Джоунс по факту стал сорежиссером своего тезки. На базе этого во всех смыслах экспериментального фильма выросла одна полезная, но нервирующая продюсеров рабочая черта Терри: Гиллиам просто обожает, когда съемки начинают идти не по плану или вообще грозят быть сорванными. При работе над малобюджетным «Священным Граалем» беды валились на команду одна за другой. В первый же день съемок сломалась камера, «пайтонов» под предлогом неблаговидности их намерений не пустили ни в один из прописанных в сценарии старинных замков, возникли проблемы с массовкой. Все эти трудности лишь подстегнули Терри на поиск неожиданных визуальных и концептуальных ходов, дав возможность поупражняться в смекалке. К примеру, нехватка финансирования спасла режиссеров от перспективы скатиться в банальность: в каком еще фильме рыцари обозначают езду на лошади клацаньем кокосовых скорлупок? С тех пор даже на крупных студийных проектах Терри молится о том, чтобы случился аврал. Это заставляет его выкручиваться, используя всю изворотливость и пробивной характер, пришпоривая фанатазию, которая порождает такие неожиданные решения, какие ни за что не пришли бы в голову режиссера, помещенного в тепличные условия. Несмотря на то, что созданные «пайтонами» образы были до нелепости карикатурными, а более осмысленно связанные скетчи оставались эклектичным набором тонких и едких каламбуров, уважение авторов к исторической эпохе и «поразительно осмысленная визуализация Средневековья» позволили им заявить о себе как о серьезных киноделах. Однако продолжать создавать фильмы под «пайтоновским» соусом Гиллиам не хотел — он стал специалистом в деле постановки кадров, поиска нужных локаций и работы с актерами, что порождало конфликты с тем же строптивым Джоунсом. Так что в последующие годы Гиллиам самостоятельно выпустил ленты «Джабервоки» и «Бандиты во времени», которые не имели большого успеха в странах, где ценилось творчество «Монти Пайтон». Люди жаждали очередного «Священного Грааля» или «Смысла жизни», а Терри все еще воспринимали как перебежчика из стана «пайтонов». Такая ситуация продлилась вплоть до выхода антиутопии «Бразилия», потрясшей зрителей своей бескомпромиссностью, красноречивостью изобразительных элементов и мрачной красотой. Ловко подхваченная атмосфера «1984» Джорджа Оруэлла и «Замка» Франца Кафки воцарилась в этой ленте с поправкой на склонность режиссера к фантазерству и сатире. Конечно, в фильмах Терри на общее дело начинает работать каждая деталь. Критики и коллеги по цеху ругают его за то, что форма у него частенько доминирует над содержанием и задает тон всему повествованию. Однако в «Бразилии» все пришло в идеальный баланс. По сути, 45-летний Терри собрал фильм по правилам искусства реди-мэйд: вторую жизнь у него обрели телетайпы, превращенные в компьютеры будущего, и военные агитплакаты. Главную роль в визуальном плане сыграли водосточные трубы, которые в реальности поражали Гиллиама тем, что могли быть проложены в самых неподходящих местах — прямо поверх ценной лепнины. Англичане были готовы принести искусство в жертву удобствам цивилизации. Однако Терри не положил проект на алтарь своей визионерской находчивости. Честно признав, что у него не очень хорошо выходят диалоги, он привлек к написанию сценария Тома Стоппарда и Чарльза МакКоуэна. Вместе они создали целую галерею харизматичных персонажей, во главе которой стоит типичный для Гиллиама средненький человечек, который получает то, чего не заслуживает, толком не успев осознать, о чем же он в принципе мечтает. Середнячка Сэма Лаури, на плечах которого лежит даже больший груз вины за происходящее, чем кажется на первый взгляд, по настоянию режиссера сыграл первоначально не подходивший на эту роль, но здорово преобразовавший ее Джонатан Прайс. К фильму проявил немалый интерес сам Роберт Де Ниро, специально приезжавший в Англию, чтобы сыграть небольшую, но важную с точки зрения центрального конфликта роль инженера Таттла. И хотя звездный актер извел всю съемочную группу, которая не привыкла работать в его размеренно-самокритичном стиле, он впоследствии стал чуть ли не самым важным бойцом в битве за «Бразилию». Война разгорелась между Терри Гиллиамом и студией Universal, владеющей правами на прокат ленты в Штатах. Главы кинокомпании никак не желали мириться с жестокой концовкой европейской версии картины, а постановщик не считал нужным уступать. В итоге обиженные продюсеры после длительных пререканий все-таки выпустили слегка видоизмененную «Бразилию» на экраны, обиженный же мастер хоть и отстоял свое творение по основным позициям, все же пострадал от нервов — на несколько месяцев утратил возможность ходить. Однако скандальная слава «Бразилии», вошедшая в историю кино наравне с самой антиутопией, оказалась по прошествии времени далеко не самым болезненным испытанием для этого провокатора с улыбкой Чеширского Кота. Неудачи следующего проекта выбили Терри из колеи. При том, что «Приключения барона Мюнхгаузена» собрали четыре технические номинации на «Оскар» в 1990 году, в обществе они были восприняты без особого энтузиазма. С некоторым разочарованием в киноиндустрии Гиллиам вошел в один из лучших периодов своей творческой биографии. Мы не говорим «в карьере», потому что, очевидно, Терри до старости не умел ею заниматься — с трудом шел на компромиссы, не понимал голливудской машинерии, отказывался от фильмов типа «Кто подставил кролика Роджера?», стремясь снимать только то, что было интересно ему. Это сейчас режиссер научился необходимому раздвоению сознания, сумел примирить в себе Терри-озорника и Терри-отличника, пришел к мысли о том, что интеллектуальный мейнстрим — меньшая из зол. А тогда, в начале 90-х, он в сердцах решил переложить ответственность за будущие проекты на плечи другого человека, придержать своих фирменных «гиллиамесок» (у режиссера к тому моменту окончательно сложился собственный стиль, который поклонники наградили термином “gilliamesque”). На деле же его энергия никуда не делась, а только обогатила фильмы так называемой Большой тройки — «Король-рыбак», «Двенадцать обезьян», «Страх и ненависть в Лас-Вегасе». Сценарий первой картины за авторством Ричарда ла Гравенеса Гиллиам получил по почте вместе с текстом к «Семейке Аддамс». Историю о клане жутковатых фриков Терри сразу же отправил в измельчитель, а вот «Король-рыбак» заинтриговал его настолько, что режиссер, готовый было отойти ко сну, так и остался сидеть на кухне в одном халате и махровых носках. С вмешательством Терри легкая мелодрама превратилась в красивый терапевтический миф, который оказывал такое же чудодейственное влияние на зрителей, как и Грааль на героя Робина Уильямса. Проживший лучшие творческие годы в Англии и испытывающий смешанные чувства к родине, Терри умудрился заставить нью-йоркцев увидеть истинную магию их города, населить шумные кварталы Манхэттена благородными рыцарями и наделить его душой. Именно благодаря Гиллиаму кинематограф получил одну из самых трогательных сцен в своей истории — вальс на Центральном вокзале. Также Терри впервые позволил себе идти вслед за актерами и не стал выстраивать громоздкие, убивающие искренность этой картины декорации, тем самым доказав, что может развить богатый сюжет и без визуальных подпорок. В результате поучительная и добрая история покорила сердца киноманов и собрала хорошие отзывы прессы. И это, пожалуй, единственное исключение за всю гиллиамовскую фильмографию. Впрочем, это не совсем справедливое резюме, ведь грандиозный фурор произвел также фантастический триллер «Двенадцать обезьян», снятый по сценарию Дэвида и Джанет Пипплз и основанный на короткометражке Криса Маркера «Взлетная полоса». Со временем лента получила культовый статус, а ее загадки до сих пор многим не дают покоя. Однако весь успех картины руководство Universal списало на участие в ней звезд уровня Питта, не ведая, что сам Терри дал роль красавчику, страстно желавшему избавиться от приевшегося амплуа, в качестве большого аванса. Другое дело «Страх и ненависть» — фильм, которым Гиллиам хотел открыть для себя 90-е, а по факту весьма символично их закрыл. Многие идеи романа Хантера С. Томпсона в то время витали в воздухе, и кинематограф просто обязан был разродиться его экранизацией. Взошедший на борт проекта Терри с большим уважением к тогда еще живому, эмоционально неустойчивому и потенциально опасному автору доработал материал, сместив все расставленные до него акценты. У режиссера получилась современная версия дантевского ада и письма с передовой в одном флаконе. По сути, Томпсон действительно вел заметки с поля боя, вот только ареной военных событий был его собственный, погибающий под наркотическими бомбардировками мозг. Сочившаяся желчью критика тут же разнесла Гиллиама за чересчур эпатажные трипы героя Джонни Деппа, дьявольский образ Бенисио дель Торо, сцены со скрытой педофилией и за ощущение краха американской мечты. Произошло именно то, что предрекал Хантер, — в свои права вступила ханжеская, живущая по законам тотальной самоцензуры Америка, не простившая режиссеру того, что он вытащил на обозрение один из самых сомнительных и даже позорных периодов ее истории. Однако «Страх и ненависть» повторил судьбу «Бойцовского клуба», став хитом через годы после своего официального релиза. А дальше постановщик замолчал на семь лет. В муках вынашивались, но так пока и не появились на свет его давние проекты — «Дефективный детектив», «Повесть о двух городах» и «Человек, который убил Дон Кихота». Ненавидящий стагнацию Гиллиам в середине нулевых ввязался в очередную производственную канитель — на сей раз с Вайнштейнами и семейным фэнтези «Братья Гримм». Кульминацией постоянных вмешательств продюсеров стал эпизод с накладным носом для Мэтта Дэймона: режиссер хотел, чтобы Вильгельм сломал нос, заступаясь в детских драках за младшего брата, Боб же испугался, что со сломанным носом зрители не узнают актера на постерах. После этого Терри, кажется, стал проще относиться к дорогостоящему студийному детищу. Фильм получился масштабным и затейливым, но совершенно неповоротливым и бесхарактерным. В кинотеатрах он прошел очень ровно, что, по мнению Терри, является самым худшим результатом в его профессии — упаси боже любого режиссера угодить в трясину усредненности. Стремясь доказать свою независимость Голливуду и всему киномиру, Гиллиам в образовавшийся между съемками «Братьев Гримм» пятимесячный перерыв снял чудную малозатратную вещицу, фэнтези «Страна приливов». Фильм, большая часть сюжета которого разыгрывается над разлагающимся трупом отца маленькой девочки, вышел излишне демонстративным и отталкивающим даже для Терри. Он открылся в тот же год, что и принятые без нареканий и страстей «Гриммы», и вызвал сомнения относительно того, действительно ли две эти ленты сняты одним постановщиком. «Шизофрения — это проще, чем кажется», — отшучивался Гиллиам. Как бы то ни было, «Страна приливов» — последний на данный момент впечатляющий фильм 75-летнего чудака Гиллиама. Хорошо раскрученный «Воображариум доктора Парнаса» оказался яркой пустышкой, а добравшаяся до экранов этим летом «Теорема Зеро» хоть и блистала в частностях, сводилась к каким-то уж очень прямолинейным тривиальностям, когда дело доходило до обобщений. Собственно, у Терри внезапно получилась вариация его же «Бразилии», если бы ее переделали сиблинги Вачовски. Что ждет режиссера, празднующего сегодня свой юбилей и никак не желающего рифмоваться с сединой в волосах, сложно предугадать. «В моем возрасте уже неплохо бы впасть в детство», — комментирует ситуацию неутомимый борец с системой. Что ж, мы поняли, что путешествие за край фантазии всегда оборачивается для Терри Гиллиама самыми немыслимыми экспериментами, которые кто-то назовет дичью, другие же — откровением. Главное, чтобы фильммейкер поскорее возвращался из своей творческой отлучки, дабы снова нагло и невозмутимо, как только он умеет, потрясти красной тряпкой перед носом очередного бюрократического дурака.... подробнее