Там живет Бог! Рецензия на фильм «Древо жизни»

Говорят, в человеческой памяти работает железное правило: запоминается первое и последнее. И не только слово. Первая фраза «Древа жизни» взята из Библии, книги Иова:

«…в жизни есть два пути: путь естества и путь благодати. Надо выбирать, по какому пути пойдешь.
Благодать не гонится за усладой, покорно принимает презрение, пренебрежение и ненависть, сносит оскорбления и побои. Естество тешит только себя, оно пользуется людьми для услады, оно любит властвовать людьми, все делать только по-своему, оно предается унынию даже там, где все кругом поет от радости и свет любви лучится со всех сторон».

Последняя: «Я отдаю его в Твои руки».

Обе принадлежат Матери (Джессика Честейн), между ними — полотно большого Художника, Терренса Малика, представляющее собой, по сути, молитву героини Честейн, которую слышит ее сын Джек (Шон Пенн) и зрители. Но не стоит сразу думать, что этот фильм — религиозное или философское послание с непременной моралью в конце. Хотя именно так думать подмывает многих «искателей» смыслов. Просто зачастую между персонажами и их создателем ставят знак равенства. Герои Малика верят в Бога, но из этого вовсе не следует, что режиссер — религиозный проповедник.

Малик снимал свою картину более пяти лет. И режиссерская версия «Древа» длится 6 часов. Многолетнее ожидание Канн завершилось: «Древо» увенчано «ветвью», на премьерном просмотре зал разделился на две половины — хлопали и кричали «бу-у-у» одновременно. И, наконец, картина осталась один на один с простым зрителем, который приходит в темный кинотеатр и садится «смотреть фильм».

За три с лишним десятилетия в списке работ режиссера значатся всего шесть (включая «Древо жизни») полнометражных фильмов, два из которых отмечены высокими наградами. «Дни жатвы» в 1978 году получили «Золотую пальмовую ветвь», «Тонкая красная линия» в 1998-м — главный приз на Берлинале. Малик — неторопливый режиссер. И если задумывает картину, значит, работа над ней может длиться десятилетиями. Иногда создается ощущение, что для Малика не существует хронометража (да и хроноса) по определению. Поэтому масштаб перерастает в Космос, бесконечные просторы которого американский режиссер и показал во всей красе. Аудиовизуальное совершенство, созданное художником Джеком Фиском и композитором Александром Десплой, погружает в настоящую созерцательную медитацию. Проплывают и взрываются сверхновые, закипает «космический бульон», зарождаются одноклеточные, выползают на сушу рыбы, динозавры принимают удар метеорита на себя… Много воды, планет и невероятных пейзажей.

На фоне событий вселенского масштаба происходят события вполне себе земного происхождения. Взрослый человек оглядывается назад — туда, где начинала формироваться его личность, где закладывались основы характера, где трава была зеленее, а деревья выше. В детство. Где мама (Джессика Честейн), папа (Брэд Питт) и два брата. Абсолютно разные и любимые. А потом не очень любимые, потому что приходит пора «подростка» и вырываются проклятые вопросы «почему», а мир вдруг разламывается на две ржавые половины с острыми краями.

Этим вопросом «почему» (как вариант «за что») задается и Мать, кроткая праведница, у которой Бог забирает одного из сыновей. Сюжет этот чрезвычайно популярен даже в Библии (вспомните того же Иова). И картина превращается в историю-размышление наказанного праведника, который по косточкам в мыслях разбирает всю Вселенную и собирает ее обратно — отчаянно пытаясь понять, Почему. И в конце концов приходит к смирению. И ее сын, вполне возможно, также готовящийся к смерти, проходит этот же путь. А мы смотрим на океаны и щурим глаза. «Месседж» Малика вполне объясним, и дорогу осилит только идущий.

Пружины, в которую якобы заворачивают зрителя, нет. Попробуйте ощутить себя не пружиной, а воздухом, который невозможно согнуть.

Новости на эту тему

Variety выбрал лучшие фильмы в истории
Малик, Ассайас и тролли: смотрите на этой неделе
Двойной обзор: «Между нами музыка» и «Воскресенье»
Терренс Малик, Рэмбо и битлы: смотрите на этой неделе
Божественная трагедия