







Если попробовать представить американский кинематограф в виде тела пациента из популярной настольной игры «Операция», то любая попытка извлечения пинцетом частички под названием «Клинт Иствуд» неминуемо активирует тревожную красную подсветку и противный звуковой сигнал. Ведь Иствуд — это не только фирменный прищур, концентрат брутальности и готовая аватарка к любому паблику или каналу про харизму, но и культурный след, чья продолжительность сопоставима с Великой Китайской стеной, глубина — с Марианской впадиной, а заметность — с кругами на полях.
Ставить на фаворита в «Оскаре» — порой все равно, что играть на бирже. Стоит только уверовать в потенциального победителя, уже махнув рукой на конкурентов, как тихой сапой в лидеры пробивается темная лошадка. В конце прошлой недели так случилось с драмеди «Игра на понижение» — пока маститые критики лелеяли очевидных чемпионов, драмы «Выживший» и «В центре внимания», триумфатором Гильдии американских продюсеров стала картина Адама Маккэя, что почти наверняка означает ее победу в главной номинации Киноакадемии. Видимо, никто из аналитиков не обладает проницательностью предсказавшего экономический кризис 2008 года доктора Майкла Бьюрри. Однако не станем забегать вперед, а лучше дотошно, на манер создателей «Игры», разберемся в том, так ли хорош фильм, чтобы спустя месяц радоваться его взлету (если таковой случится) на почетный пьедестал.